Есть ли смысл браться за реализацию экономических проектов в Афганистане? – Комментируют международные эксперты

Новый Афганистан, оказавшийся под властью движение «Талибана» вроде бы готов к сотрудничеству – талибы открыто призывают страны начать инвестировать и развивать перспективные, но еще нереализованные проекты на территории Афганистана. Уже очевидно, что первыми партнерами в этом списке, могут стать такие страны, как Турция, Китай, Иран, Россия и Азербайджан. Однако на словах, и в виде намерений, все выглядит замечательно, но удастся ли на деле выстраивать долгосрочное сотрудничество с «Талибаном», как полноценным хозяином страны? И насколько реалистичны такие международные проекты, как с экономической точки зрения, так и по вопросам безопасности? 

По мнению ведущего аналитика Центра политической информации, российского политолога Ивана Пятибратова, насчет плодотворности гипотетического сотрудничества говорить, конечно же, рано. Как напомнил он, например, в России, «Талибан» признан террористической организацией и останется таковой, пока Совбез ООН не изменит свою оценку. По его мнению, Турция также не говорит о рвении работать с талибами, лишь обозначая готовность работать с любой властью, которая будет договороспособной. А «Талибан» прогнал турецкие вооруженные силы из Афганистана – и не очень дружелюбно.

«Поэтому плодотворное сотрудничество будет возможно только в том случае, если «Талибан», собственно, перестанет быть «Талибаном». Они сейчас обещают, что изменятся, но об этом говорилось еще в начале 2000-х, а разницы пока не видно.

Но если представить, что все противоречия сняты, то конечно же Афганистан представляет интерес и для России, и для Турции, и для Азербайджана», - отметил российский эксперт.  

 

Во-первых, потому что, в Афганистане крупные залежи полезных ископаемых: литий, железная руда, золото. Есть даже нефть есть. Но главное «блюдо», как отмечает эксперт, – это именно литий, который в современном мире, где вообще все работает на литиевых батареях – ценнейший ресурс. 

«В этом смысле, безусловно, Афганистан – государство с большим потенциалом. Потенциал этот, кстати, уже давненько рассмотрел Китай, который сейчас является доминирующей иностранной предпринимательской силой в стране. Так что, за свои интересы в Афганистане еще локтями поработать придется. Талибы в свою очередь очень заинтересованы в приходе на месторождения Афганистана иностранных игроков, потому что талибское правительство испытывает серьезные проблемы с деньгами. Они просто закончились. И это тоже открывает дополнительные возможности перед внешними игроками. Но в этом кроется и опасность: насколько защищено будет право собственности при Талибане? Потому что нельзя игнорировать вероятность того, что уже налаженные производства могут быть национализированы», - отметил Пятибратов.

Есть и коммуникационные проекты, в реализации которых заинтересованы Турция, Азербайджан и Россия. Для Турции и Азербайджана это Лазуритовый коридор, который должен соединять Афганистан с Турцией через Туркменистан, Азербайджан и Грузию. Над его реализацией довольно активно работали со смещенным талибами правительством Афганистана. В текущих условиях, конечно же, проект на паузе. Сам по себе, как отмечает эксперт, Лазуритовый коридор весьма перспективен, но опять же, все зависит от «Талибана», который во многом существует за счет торговли опиумом. А отсюда опасность того, что по коридору будут транспортировать наркотики. 

«Это огромный риск для всех участников. Тут стоит оговорить, что «Талибан» объявил о запрете на производство наркотиков на территории Афганистана, но напомню, что, сделав это в прошлый раз, они потеряли власть в стране. Так что реализация этих обещаний под большим вопросом», - отмечает российский эксперт. 

 

Для России, по мнению Пятибратова, интересен и газопровод ТАПИ. Россия не является частью самого проекта, но при этом может участвовать в его строительстве, как минимум поставляя трубы. Уже сейчас Россия поставляет материалы для строительства пакистанской газовой сети. Потом, в странах с растущей газификацией растет и потребность в газе, который Россия может продавать.

«Таким образом, сам Афганистан – страна с большими перспективами, которая может быть интересна в качестве партнера для стран региона. Но реализация каких-либо проектов возможна только в том случае, если Талибан действительно полностью откажется от своих террористических практик и незаконных источников дохода. И это очень большое «если». Не говоря уж о рисках санкций со стороны США, которые России вообще не нужны», - подчеркнул Иван Пятибратов. 

Как считает аналитик российского Фонда национальной энергобезопасности, эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков, Россия, Турция, Азербайджан вполне прагматичные страны, и они работают с тем руководством страны, которое есть. И все понимают, что на самом деле, талибы может даже более естественны в качестве руководителей для Афганистана, чем предыдущее руководство, которое держалось исключительно на поддержке США и их союзников. Поэтому было довольно-таки слабым и не учитывало культурных и других особенностей, о чем недавно заявлял и Владимир Путин.

При этом не факт, что Россия, Турция и кто-то еще признает «Талибан», как считает Юшков, и уберет его, например, в России, из списка запрещенных организаций. Они могут годами существовать в качестве непризнанного руководства страны и быть одновременно запрещенными. 

«Как мы уже видели в России, при всей своей «запрещенности» они одновременно проводят пресс-конференции в Москве, и официальная делегация приезжала и проводили переговоры, поэтому подобный статус может быть надолго, и всем в то же время очень удобно одновременно не признавать «Талибан» и вести с ними плотные контакты. 

Но ни смотря на то, что с «Талибаном» кто-то будет сохранять контакт и вести переговоры, совсем ни факт, что с новыми властями Афганистана будут реализовывать какие-то существенные проекты», - отмечает российский эксперт. 

Есть перспективные транспортные проекты, как отмечает Юшков, но, по сути, риски, которые были – прежде всего уничтожение инфраструктуры, перекрытие каких-то каналов, как были, так и остаются, что при прежнем руководстве, что при новом. Вопрос лишь в том, что, Россия, например, при прежнем руководстве и не стала бы даже вести переговоры о каких-то проектах в Афганистане, в виду того, что, там все курировали американцы.

То есть, существовало понимание того что, «если ты заходишь в Афганистан и пытаешься реализовать инфраструктурные проекты, тогда, конечно, ты играешь на руку американцам, помогаешь им доказать, что их вторжение туда, руководство, курирование - это некое благо, а американцы еще и твоими проектами смогут отчитаться о том, что они создали в Афганистане и какие они молодцы». 

Поэтому, по его словам, конечно вопрос проектов с участием России не обсуждался во время американского руководства. 

Но, при этом, как отмечает эксперт, помимо этих нюансов, в Афганистане - множество рисков.

«И соответственно, основной фактор риска - это то, что никто не может гарантировать безопасность, то есть, если ты договорился с Кабулом, с главными властями, а потом приходишь на уровень провинции и там тебе говорят «да нам все равно что ты там договорился и отстегнул денег, ты теперь и здесь на уровне провинции должен это сделать». Если же ты сделаешь это, то придут какие-то еще местные товарищи с автоматами и бородой и скажут «отстегивай нам здесь еще денег, нам все равно что ты договорился в Кабуле и с региональным правительством» и эти поборы будут заключаться вечно», - отметил Юшков. 

Поэтому каких-то крупных проектов нет, как отмечает российский эксперт, еще со времен советского вхождения в Афганистане. Что-либо строить там конечно было бы крайне сложно - тот же самый газопровод ТАПИ. 

«Талибы уже заявили, что ждут иностранных инвесторов и они готовы поддерживать ранее заявленные проекты, в том числе и газопровод ТАПИ. Конечно, они об этом заявляют потому, что, во-первых, если приходят иностранные крупные инвесторы, они, по сути, признают власть талибов и они приобретают субъектность, а с другой стороны, предполагается, что они будут про инвестированы. Но с тем же самым ТАПИ полно проблем: никто точно не сможет обеспечить постоянную безопасность этого проекта, дать гарантии, того, что никто его банально не взорвет. При прежнем правительстве Туркменистан даже нанимал некий отряд «Семиста сабель», которые сделали вроде как прорыв в обеспечении безопасности на какое-то время.

Но сейчас мы можем сказать, что это уже не работает, и весь отряд «Семиста сабель» разбежался давно, поэтому полноценную безопасность обеспечить в регионах Афганистана достаточно сложно», - сказал российский эксперт.  

То есть, на государственном уровне, по словам Юшкова, можно, конечно, утверждать, что они будут сотрудничать, и что теперь, когда американцы ушли, все стало возможно, поскольку талибам легче обеспечить безопасность. Но тут вопрос более сложный - это вопрос инвестиций, для компаний, которые захотят вкладывать денег в Афганистан, понадобится более надежные гарантии, чем просто заверения, что «вас никто не тронет». Ну, а в случаи, если начинаем рассматривать конкретные проекты, то сталкиваемся с еще одной проблемой – многие энергетические и транспортно-транзитные проекты в регионе разработаны уже давно и мало связаны с современной конъектурой рынка. 

«Так, например, что касается газопровода ТАПИ через Афганистан, там еще сложность состоит в том, что Индия не хочет покупать газ, пока его не «довезут» до ее границы. То есть Индия говорит, что вы постройте сами газопровод к нашей границе, а потом будем обсуждать вопрос закупки. А в мировой инвестиционный практике, все как раз-таки наоборот - обычно подписывают контракт на закупку, а потом строят газопровод.

Еще один важный момент - проект появился еще в 2010 г. и тогда Туркменистан не продавал газ Китаю.  А сейчас сложно утверждать, есть ли у Туркменистана возможность добывать еще 33 млрд. куб. м. газа, сверх тех объемов, что она уже продает Китаю», - отмечает российский эксперт.  

По его мнению, и у такого известного проекта как Лазуритовый коридор, также немало слабых мест. Помимо общих проблем с безопасностью, из-за которых, ни один инвестор не рискнет вкладывать средства в создание современной автотрассы или железной дороги, есть еще вопросы к наполнению этого проекта. Предполагается, что по нему товары из Афганистана будут поступать на рынок Азербайджана и Турции и далее возможно проходить в Европу. Но что будет поставлять Афганистан? Страна не производит фактически ничего, что может быть востребовано на мировом рынке (кроме наркотиков) и что может создать стабильно большой поток грузов.  К тому же проект предполагает создание транспортной артерии с довольно большим транспортным плечом и неоднократной перевалкой - от Туркмении в Азербайджан перевозка морским транспортом, а в других участках - сухопутным. Это не дорога из Китая, через весь континент и через Афганистан в частности, (хотя все страны любят рисовать трассу "нового шелкового пути" именно через свою территорию), а есть тот факт, что весь проект начинается в Афганистане. 

«Мне кажется, никто не может сказать, что по трассе этого транспортного коридора повезут из Афганистана. Все это надо более хорошо и тщательно продумать», - заключил Юшков.  

 

Досым Сатпаев о стратегической ошибке Токаева: Многовекторной политике Казахстана настал конец
Кровавые события в Казахстане не могут повториться в Узбекистане - интервью с Фарходом Толиповым
Россия и Кавказ в годы Первой мировой войны: Планы западных держав и февральская революция
Революция или переворот? Что думают аналитики из разных стран о событиях в Казахстане
BP намерена инвестировать в
Культурный геноцид: Попытки арменизации албанского монастыря Кельбаджара – Дадиванк /Хутаванк
Армянская дилемма России: от Конституционных поправок Путина до Товузских событий
Армянский национализм трещит по швам перед азербайджанской мечтой в Карабахе
Роберт Мобили о том, как на протяжении всей истории армянская григорянская церковь присваивала наследие Кавказской Албании
Истоки карабахского конфликта: Как большевики на землях Азербайджана искусственно создавали автономию для армян

Следите за нами