"Игра с нулевой суммой": Куда приведут протесты в Грузии? - поясняет Георги Мчедлишвили

На днях Грузия отметила свой главный государственный праздник – День независимости. Ровно 106 лет назад, 26 мая 1918 года, демократическое правительство Грузии во главе с Ноэ Жордания провозгласило независимость страны от Российской империи.

В этом году Грузия отмечает День независимости на фоне политического кризиса: власти обнародовали свою программу праздника, оппоненты-противники закона об "иноагентах" – свою.

Закон "О прозрачности иностранного влияния", принятый парламентом Грузии 14 мая, вызвал волну масштабных протестов в республике, дав повод для критики страны на международной арене. Противники закона утверждают, что он инспирирован Москвой, что ставит под угрозу европейскую судьбу республики.

Правительство и партия власти отрицают сходство между грузинским и  российским законами, утверждая, что опасения европейских чиновников, призвавших аннулировать документ, беспочвенны. Однако Саломе Зурабишвили, президент Грузии не сомневается: закон был вдохновлен Россией. Она использовала право вето, призвав к отмене документа. Глава государства уточняет, что закон дает повод усомниться в намерениях многолетних партнеров и друзей Грузии из Европы и США, возводит "реальное  препятствие" на пути евроинтеграции республики.

Вместе с тем власти Грузии все больше проводят политику отличительную от  предыдущих лет. Ярким признаком перемен стало нарушение многолетней традиции празднеств: впервые в военном параде по случаю Дня независимости не приняли участие военные США. В предыдущие годы на параде наряду с грузинскими маршировали американские военнослужащие, они также присутствовали на церемонии принятия присяги новобранцами. Несмотря на это, в 2024 году среди участников парада на площади Свободы в Тбилиси иностранных контингентов замечено не было.

Ранее на этой неделе госсекретарь США Энтони Блинкен объявил о "всеобъемлющем пересмотре" двусторонних отношений с Грузией в связи с принятием парламентом страны закона об иноагентах. В Вашингтоне считают, что он подрывает демократию. В частности, США готовятся ввести визовые ограничения в отношении граждан Грузии, ответственных за принятие законопроекта, а также членов их семей.

О том, к чему могут привести политические баталии, охватившие Грузию, центр STEM поговорил с политологом, ассоцированным профессором Университета Европы Георгием Мчедлишвили.

- Господин Мчедлишвили, мы с беспокойством следим за событиями, которые происходят в Грузии уже на протяжении месяца, в частности, за волной простестов на площади «Свободы» в Тбилиси, в связи с чем и у нашей аудитории возникают вопросы и некоторые волнения касательно ситуации в соседнем дружественном государстве, так как она имеет влияние и на стабильность во всём регионе в целом. 14 мая стало известно о том, что Юридический Комитет Парламента Грузии поддержал законопроект об «иноагентах», это было в третьем чтении. Хотелось бы узнать Ваше экспертное мнение, что повлияло на принятие столь резонансного, скажем, законопроекта, несмотря на масштабные акции протеста, длящихся больше месяца?

- Большое спасибо за интерес к событиям в моей стране. Действительно, это был как «гром среди ясного неба», где-то в начале апреля, когда вновь было заявлено об инициировании законопроекта, который не то, чтобы ограничивает, но и ставит под контроль деятельность неправительственных организаций, некоторых средств массовой информации. Честно говоря, трудно сказать чем руководствовалась нынешняя власть в Грузии, политическое руководство в лице Бидзины Иванишвили.  Не ясно почему понадобилось принимать закон, который был отозван в прошлом году в результате массовых протестов.

При чём, было обещано, что этот закон не будет вновь введён и инициирован. Поэтому, это стало неожиданностью, и, честно говоря, трудно сказать почему с таким упорством руководство Грузии продолжает инициировать этот закон, пытается его провести, к тому же, прямо в третьем чтении, когда многие наши западные партнёры, предупреждают, что это будет иметь политические последствия для Грузии.

При этом этот процесс очень сильно ослабляет вектор Грузии. Очевидно, что это решение, которое чисто условно называют ещё  «русским законом» - будет играть роль «дубинки» по отношению к неправительственным организациям и некоторым критическим средствам массовой информации.

Для чего это понадобилось властям, которые, казалось бы (как показали результаты проведённых в Грузии опросов), довольно комфортно (пусть может без большого преимущества, но легко и комфортно) побеждают в октябрьским выборах 2024 года. 

Казалось бы, обычно подобные законы принимают, когда политическая ситуация в стране, в частности, положение правящей партии начинает ослабевать. Однако, ГМ по всем показателям сохраняла положительную тенденцию. Грузия получила в конце 2023 года статус кандидата в Евросоюз, и этим главная политическая цель была достигнута.

Пока у нас не хватает достаточной информации, однако, через несколько месяцев мы узнаем, чем это завершится. Было понятно, что будут протесты и сегодня Грузия, к сожалению, стоит на грани серьёзного гражданского противостояния, которое, во-первых, всегда плохо для страны и чревато жертвами, не дай Бог – человеческими.

Помимо прочего, нужно учитывать «репутационные» риски, что дорого обойдется для Грузии. Нынешние процессы, имеют важное значение для всего региона. В Грузии уже давно существует некая стратегическая ось с востока на запад, охватывая Азербайджан, Грузию и Турцию. Страна соседствует с Евросоюзом, и одновременно реализует китайские проекты.

Поэтому, беспокойство Азербайджана понятно, так как нестабильная Грузия – это потенциальная угроза для геополитической ситуации всего региона.

- Как считают многие эксперты, если говорить о гражданском обществе, тот масштаб протестов, которые сейчас происходят в Грузии – он сопоставляется, разве что, с концом 80-х началом 90-х годов…  Есть ли какие-либо прогнозы по итогам этих массовых демонстраций и протестов?

- Вообще, прогнозы в политике – вещь не благодарная. Сегодня мы видим противостояния, где каждая сторона уверена в своей правоте, и, самое главное, она не готова к компромиссам. И это самая опасная составляющая данного противостояния, потому что, обычно, когда идёт деэскалация, находятся какие-то точки соприкосновения, имеется «пространство для уступок».

В данном случае, в Грузии мы видим абсолютную «игру с нулевой суммой». На данный момент, этого пространства для взаимных уступок не видно, виден только потенциал для эскалации. Нет тенденций для уменьшения напряжения.

- Господин Мчедлишвили, можно ли назвать события в Грузии вторым «Майданом», и возможен ли сценарий украинских событий в Грузии? Имеют ли связь события в Украине, Евромайдан с  тем, что мы видим сегодня в Грузии?

- В некоторой степени да, опять же, какие-то параллели не совершенны. Конечно, реальность в Грузии иная, но мы видим, что этот шаг (вынужденный, или нет) ставит Грузию перед угрозой смены геополитического вектора. Понятно, что проведение этого закона, при чём, с таким упорством, против советов и, в какой-то степени, ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЙ наших партнёров – Евросоюза, прежде всего, и Соединённых Штатов. Сейчас на кану стоит Евроинтеграция Грузии, мы получили статус кандидата, и все ожидали, что вот-вот начнётся переговорный процесс.

Это сильно замедляет европейскую интеграцию Грузии, несмотря на такие показатели, что сама Грузия стремится в Европу, есть опасность того, что мы повернём вектор своего развития.

Этому сопротивляется значительная часть общества, прежде всего молодёжь и студенчество. Поэтому, да – какие-то параллели провести можно, но не столь полноценные. Многие политические партии заявили своё отрицательное отношение, но пока что на протестах лидирует молодёжь. Движение молодёжи не имеет ярко выраженного политического характера, они всего антиправительственные, т.к. они считают, что принятие этого закона сделает Грузию «менее европейской страной» и уменьшит шансы европейской интеграции и потенциально усилит роль России.

- Говоря о России, согласны ли персонально Вы с тем мнением, что это может являться политическим ходом «Грузинской Мечты», чтобы вернуть Грузию под влияние России и закрыть ей европейское будущее?

- 12 лет назад «Грузинская Мечта» приходила, как раз с повесткой, что она должна усилить европейский вектор развития Грузии. При правительстве «ГМ» Грузия сначала получила статус «ассоциированного члена Европейского Союза», потом был безвизовый режим, сейчас это статус «кандидата».

Но к сожалению сегодня мы сталкиваемся с тенденциями, когда самые влиятельные члены правящей партии, при чем, прозападнонастроенные политики отходят от «ГМ».

Нынешних членов правящей партии никак нельзя назвать пророссийскими, но, видно, что после обострения отношений с Западом сложилась такая политическая конъектура, когда Грузия не исключает сближение с Россией.

Некоторые аспекты этого сближения были уже видны и в прошлом году, когда Россия упразднила визовый режим в отношении Грузии и возобновились полёты. Само по себе, авиарейсы и человеческие контакты не представляют ничего негативного в своём явлении, но мы знаем, что Россия воспринимает это всё как «рычаги политического влияния» и усиление своего влияния в Грузии. Поэтому, подобные «тенденции» многие в Грузии, я, в том числе, считаем опасными и ослабляющими прозападный вектор, и усиливающий российский.

- Как Вы знаете, 10-11 мая в Алма-Ате прошли мирные переговоры между главами МИД Азербайджана и Армении. Какое значение они имеют на региональном уровне для Грузии, и насколько нынешняя ситуация в Грузии имеет связь с общими геополитически ми процессами на Южном Кавказе. Как мирный процесс между Баку и Ереваном повлияет, возможно, на интеграционные процессы, которые происходят в Грузии?

- Сам факт встречи в Алма-Ате я приветствую, это «кирпичик в здании» очень важного дела, которое направлено на превращение Кавказа в полноценный регион. Кавказ не был полноценным регионом, прежде всего из-за Карабахского конфликта, когда две страны – Армения и Азербайджан враждовали друг с другом.

Я очень надеюсь, что после восстановления территориальной целостности Азербайджана и наличия мудрости в руководстве Армении, часть проблем будет решена. Мы видим какую-то политическую волю в Армении, что сегодняшняя страна готова оставить всё это в прошлом и думать о будущем.

Выражаясь словами  Николы Пашиняна – стране нужна не «историческая», а реальная Армения (естественно, этому есть сопротивление, но я надеюсь, что оно будет преодолено). И в этот момент, совершенно неожиданно проблема возникла в Грузии, возможно, и в этом есть какая-то геополитическая игра, когда Россия почувствовала ослабление своего влияния на «Карабахском треке», потому что, Моква как раз использовала этот конфликт для сохранения своего влияния в регионе.

После урегулирования карабахского конфликта, возможно, Россия решила стать активнее в другом  направлении. То, что мы сейчас видим в Грузии, возможно, является следствием этой инициативы России. Опять же, я не могу это утверждать, об этом мы можем догадываться.

В любом случае, события в Грузии не добавляют оптимизма, без них европейская интеграция была бы намного быстрее и  легче, а Южный Кавказ стал бы полноценным регионом. На мой взгляд, единственной силой, которой не выгодно превращение Южного Кавказа в полноценный регион, выступает Россия.

Есть, конечно, некоторые силы в определённых западных странах, которые играют не очень конструктивную роль, но они всё-таки представляют собой меньшинство. Можно сказать, что как структура, Евросоюз, вместе с его основными государствами, большая часть Запада, они за то, чтобы Кавказ был важным геополитическим, торговым, экономическим хабом. А нынешние события в Грузии этому не споосбствуют.

- В этом случае, возможно было бы создание общего «Южно-Кавказского Дома» в регионе. Интересно было бы узнать Ваше мнение, какие факторы (кроме уже перечисленных), для этого необходимы?

- Прежде всего, необходим был бы самый главный детектор – наличие стабильных и дружественных отношений между государствами. До недавнего времени камнем преткновения были оккупированные территории Азербайджана, сейчас этот вопрос решён.

А на данном этапе – события в Грузии мешают этому процессу. Я думаю, что если есть политическая воля в трёх странах, несмотря на то, что страны у нас небольшие, этого достаточно для того, чтобы преодолеть серьёзное сопротивление со стороны тех, кто не хочет, чтобы Кавказ превратился в полноценный регион.

Наличие воли и  хороших отношений, когда будет завершена делимитация и демаркация границы между Арменией  и Азербайджаном, удастся найти хоть какую-то формулу нормального сосуществования Армении и Турции, я думаю, все условия для создания Кавказского Дома, станут реальностью.  

- В условиях (как это видится со стороны), где 80%-90% населения выступает против проводимой правящей партией политики, как нынешняя ситуация будет иметь влияние на Парламентские выбора 26-го октября в Грузии, и каковы шансы «Грузинской Мечты» в преддверии этих выборов?

- Это будет исходить из того:

- как будут развиваться события в течении ближайших дней, где-то месяца-двух;

- насколько будет  сохранена стабильность;

- сможет ли  правящая провести этот закон;

- какие будут последствия для Грузии, будут ли они очень серьёзными (потому что, если Грузия потеряет безвизовый режим со странами Шенгенской зоны Евросоюза, которым Грузия пользуется уже 7 лет, и который многие воспринимают как данность, (многие уже забыли, что всего лишь 7 лет назад этого у нас не было – насколько органично Грузия вписалась в безвизовый режим с Европой) если Грузия это потеряет, насколько это будет сильным ударом по позиции правящей партии – предсказать сейчас трудно.

Если бы Вы спросили меня где-то 2-3-го апреля, я бы в достоверностью сказал, что с огромной вероятностью «Грузинская Мечта» побеждает. Будет ли у неё конституционное большинство, или нет – это вопрос, но то, что она наберёт больше голосов, чем любая другая партия и «комфортно» будет иметь большинство на выборах – было бы легче утвердить. Сейчас это не так просто.

- В целом, какие общественные мнения? На что «уповают» власти Грузии? Есть ли у них поддержка? Если есть – в лице кого, по Вашему мнению?

- До недавнего времени, главным козырем (хотя, возможно, это не самый лучший из козырей) было то, что правящая партия запугивала  население тем, что «если не мы, то вернётся Саакашвили с его взглядами, жёстко-авторитарными методами – и тогда никому не поздоровиться».  Электорат правящей партии состоял в основном из тех, который боялся «Национального Движения», и мыслили нарративыми, мол: "Выборы у нас между «Грузинской Мечтой» и «Национальным Движением», «НД» жёстко-авторитарно управляют, давайте уж «ГМ» -- хотя бы дышится спокойнее, больше политических свобод, больше свободы прессы" и т.д..

Но сейчас уже подросла молодёжь (достаточно показать студентов, участвующих на демонстрациях). Им было по несколько лет, когда было предыдущее правление, они уже не помнят, события прошлых лет, и не являются электоратом ни «Национального Движения», ни  «Грузинской Мечты».  Они выступают  за обновление, за новые политические силы. Уже настало время для смены поколений, поэтому, я считаю, что у Грузии имеется хороший шанс для того, чтобы создать новые политические движения, новую политическую структуру, которая будет заточена не на лидера.

Можно назвать минусом сегодняшней политики Грузии, что большинство сторонников «ГМ», не знают даже программу своей партии. Они знают, что «Бидзина – хороший, Миша – плохой». Прямо противоположно, сторонники «Национального Движения» знают, что «Миша – хороший, Бидзина – плохой». Их не интересует программа партии - на каких она экономических позициях стоит, какая политика по налоговой системе, какая финансовая/банковская, институциональная система.

Я думаю, что это станет делом новых коалиционных сил – пусть это будет коалиционное правительство, там будет «Грузинская Мечта», там будет «Национальное Движение», но они не будут играть ведущую, «поляризирующую» роль в новой Грузии.

- А если говорить о нерегиональных игроках? Какие интересы преследуют Европейский Союз, Соединённые Штаты, Россия в регионе? К чему может привести то, что Грузия входит в зону, скажем, диаметрально противоположных интересов, как минимум 4 мировых держав? 

- Понятно, что мы уже живём не первый год в условиях «новой Холодной Войны», где основные игроки – Соединённые Штаты и Китай.

У России не осуществились планы в Украине, понятно, что впоследствии санкций, экономическое состояние России (несмотря на то, что пока она стабильна, это, всё-таки, большая страна, санкции её не погрузят в бедность, мрак и голод, но, тем не менее) в дальнейшем она будет сильно отставать. Да, там будет нормальный уровень жизни (тем более, с углеводородами проблем у России нет). Для импорта российской нефти и газа всегда есть покупатели в лице Китая и Индии.

Россия так же не хочет терять Южный Кавказ, а завершение конфликта в Карабахе отбрасывает её позиции в регионе. Поэтому, Россия заинтересована в том, чтобы был какой-то другой очаг нестабильности или очаг влияния на Южном Кавказе. Цель современной России – не пустить Грузию в Европу, наращивая свое влияние по всему Южному Кавказу. Если нашим 3-м странам Южно-Кавказского региона понадобится единство, то нам это удастся, умело проявляя политическую мудрость, проявляя геополитическую гибкость – создавая этим гарантии нашей экономической безопасности, геополитической «релевантности» (т.к. через наш регион будут проходить важные транспортные пути).

А перечисленные факторы влекут за собой приток капитала, приток людей и культурно-политический обмен, а это, в свою очередь, увеличивает шансы, чтобы наши страны развивались политически.  У региона есть потенциал, надо его использовать.

- Говоря о китайском присутствии в Грузии, как по Вашему мнению, официальный Пекин преследует здесь только экономические цели, либо геополитическое влияние тоже имеет место? 

- У Китая всегда была многопрофильная политика. Китай не то, чтобы поднимается, он уже стал серьёзной мировой державой. В разных регионах у Китая совершенно разные цели. Скажем, и в Африке под ширмой экономического сотрудничества Китай усилил там и политическое присутствие.

Касательно наших стран – это воздействие будет зависеть от мудрости и политической воли, политического умения наших государств. Нужно будет  постараться, чтобы Южный Кавказ не стал «яблоком раздора», ареной геополитического противостояния Запада, Соединённых Штатов и Китая.

Я думаю, это в наших силах. Когда не одна 4-х миллионная Грузия, а 17-18 миллионный Южный Кавказ, сравнительно обширными территориями будет как единый орган – пойти против политической воли наших стран будет не просто, даже миллиардному Китаю, так как мы будем занимать важное для них геополитическое положение. 

- Последний вопрос, который я хотела бы затронуть, господин Мчедлишвили, 5-го мая 2024 г. помощник госсекретаря США выступил с тезисом о том, что «Грузия в войну втягивает Россия, строя базу в Очамчире». Как мы знаем, в Очамчире появится новый пункт постоянного базирования военно-морского флота РФ. Соответствующее соглашение между Москвой и Сухуми уже подписано. Как вы оцениваете положение дел с Очамчиром? 

- Конечно же, факт того, что у Грузии два оккупированных региона ослабляет стабильность и безопасность Грузии. В Очамчире нет больших портовых возможностей, нет соответствующей акватории, чтобы создать полноценную базу, но, тем не менее, несколько военных кораблей (хотя бы потому, что будут прятаться от Украины) – это уже серьёзная головная боль для Грузии и, конечно же, это очаг нестабильности в Чёрном море.

Чёрное море – это уже европейское море, море, где присутствует несколько стран-членов НАТО, это потенциальный регион геополитического противостояния и угроз безопасности.

Поэтому очень важно, чтобы Россия получила отпор в Украине и возник шанс для того, чтобы она изнутри стала немного «другим» государством, которого не будут бояться. Я думаю, коллективному Западу под силу геополитически пересилить Россию и, по крайней мере, уменьшить её имперские амбиции и укротить её желания проводить экспансию и диктовать свои условия социального внутреннего развития странам  Южного Кавказа, или какой-либо другой стране бывшего Советского Союза, для того, чтобы не было этих «анахронистских» постановлений, или желания восстановить Советский Союз в том виде, в котором он появился в первые годы. Поэтому, я считаю, что серьёзные поражения очень отрезвляют народ. Это было и Германии, и в Японии, и в других странах (та же самая Великобритания), которые имели имперские амбиции, но после нескольких поражений они их умеряли и превращались в безопасные государства. 

- Есть ли какие-либо комментарии, которые Вы хотели бы добавить, господин Мчедлишвили?

- Я очень надеюсь, что положительная динамика в армяно-азербайджанском урегулировании даст серьёзный импульс, и для Грузии, и для других соседних государств, который будет вкладывать в процесс превращения Южного Кавказа в светлый регион. Возможно, это будет с помощью в стимулировании Грузии в процессе интеграции, если удастся подписать мирный договор и поставить точку в конфликте между Арменией и Азербайджаном.

- Мы так же желаем мира и  стабильности Грузии. Спасибо ещё раз за время, уделённое на интервью.

- Желаю Азербайджану всяческих успехов, мира, процветания. Спасибо за интерес!

Рост цен на бензин и перспективы реструктуризации авторынка
Армения на пороге конституционных реформ?
Форум лидеров ОТГ в Шуше предвещает новую архитектуру безопасности для тюркской географии
Геополитика транспортных коридоров: Азербайджан как ключевой игрок
Борьба с обмелением Каспия, таянием ледников и минным загрязнением: чем Азербайджан идет на COP29?
Культурный геноцид: Попытки арменизации албанского монастыря Кельбаджара – Дадиванк /Хутаванк
Армянская дилемма России: от Конституционных поправок Путина до Товузских событий
Ведущий аналитик STEM украинскому изданию NV: F-16 может кардинальным образом увеличить боевые возможности украинской армии
Роберт Мобили о том, как на протяжении всей истории армянская григорянская церковь присваивала наследие Кавказской Албании
Армянский национализм трещит по швам перед азербайджанской мечтой в Карабахе

Следите за нами