Георгий Мчедлишвили: Правительство и оппозиция торпедируют процесс евроинтеграции Грузии

С июня 2022 года у Грузии появились перспективы перехода от Соглашения об ассоциации с ЕС к членству этой международной сруктуры.  

Несмотря на все попытки стать ближе к ЕС, к чему официальный Тбилиси стремился много лет,  Грузия так и не получила статуса кандидата, как Украина и Молдова, что вызвало много болезненных комментариев и споров.  Сторонники Еропейской интеграции были разочарованы, а те, кому не нравилась идея евроинтеграции уверяют, что Грузию в Европе отвергают.   

Об отношениях Грузии с ЕС, рассказал в интервью Stem-lab грузинский политолог бывший сотрудник исследовательского института Chatham House, ассоциированный профессор Международного Черноморского Университета (Тбилиси) Георгий Мчедлишвили.

На ваш взгляд, насколько нынешние инструменты отношений между ЕС и Грузией способствуют интеграции Грузии в европейские структуры?

Отношения между Грузией и Евросоюзом переживают не лучшие времена. Поляризация и дефицит компетентного правления в Грузии довольно значительны, и это приводит к тому, что правящая сила, "Грузинская Мечта", пытается справиться с ситуацией с помощью "закручивания гаек". Не отстает к сожалению и оппозиция, проявляя деструкцию и нежелание идти на диалог. Похоже на то - хотя до недавнего времени это казалось совершенно невероятным - что и правящая партия и оппозиция пытаются сделать так, чтобы Грузия не получила этот статус.

Такое впечатление во всяком случае вызывают риторика и действия как властей, так и наиболее громкой части оппозиции. Недавно Председатель "Грузинской мечты" Ираклий Кобахидзе заявил, что Грузия выполнила большинство рекомендаций для получения статуса кандидата на вступление в Евросоюз, но некие радикалы специально поляризуют общество, мешая стране.

Кого он имеет в виду называя радикалами? Что может помешать Грузии в Европейской перспективе страны, какие проблемы остаются нерешенными в этом направлении?

Грузия выполнила далеко не все из 12-ти пунктов (речь идет о Законопроекте о поправках в Избирательный кодекс, которое направлено на ограничение полномочий президента Грузии. При этом в пояснительной записке к нему сказано, что поправки в кодекс нужны для исполнения 12-ти пунктов, которые власти Грузии должны выполнить для получения статуса страны-кандидата для вступления в Евросоюз, - ред.) и часть ответственности безусловно лежит на правительстве. Хотя и оппозиционеры зачастую не идут на сотрудничество, откровенно торпедируя процесс. Очень жаль, что в угоду своим политическим целям весь политический класс в Грузии жертвует долгосрочными интересами страны. Прежде всего это Единое Национальное Движение (ЕНД, партия Михаила Саакашвили), а также несколько партий укомплектованные бывшими "националами".

Что касается проблем, то их несколько, и одной из важнейших остается отсутствие независимого суда. Правящая партия как будто бы назло назначила верховными судьями одиозных и коррумпированных людей, которые "отличились" еще в годы авторитарного правления Саакашвили.

Насколько на решение Евросоюза по статусу кандидата повлияет «дело Саакашвили»? Какова сегодня уровень влияния в обществе партии экс-президента?

Европейский суд отказал в просьбе о переводе Саакашвили на лечение за рубежом, что говорит о том, что фактор Саакашвили не столь важный. Да, евродепутаты из "Народной Партии" (партнер "Единого Национального Движения") нередко упоминают Саакашвили как "политического узника", но похоже, что в Европарламенте это узкопартийное мнение.

Партия экс-президента сегодня на уверенном втором месте, имеет 14-процентную поддержку согласно последним, мартовским, опросам общественного мнения. Некоторые эксперты считают, что Грузии может появится третья сила.

Насколько вероятен исход такого сценария при разочаровании общества в оппозиции и правящей партии? Кто может стать третьей силой?

Появление "третьей силы" (многие предпочитают называть ее "новой силой") уже давно созрело в обществе, хотя бы потому, что стране надо ментально перейти на демократическое многопартийное правление. Причем такое, которое не заточено на одном "вожде", а способствует развитие институтов власти и формированию системы сдержек и противовесов (т.н. checks and balances). Но несмотря на то, что запрос общества на это уже есть, признаков скорого появления пока не наблюдается.

Я думаю, что это происходит потому, что пока что основным источником политической информированности в стране являются "классические" СМИ, в основном телевидение. А теле-пространство в Грузии очень четко поделено между телеканалами правящей "Грузинской Мечты" и оппозиционными (читай сторонниками "ЕНД"). Поэтому любая новая политическая сила получает полноценный доступ в информационное пространство только через эти каналы, и ее лидеры вынуждены, по сути, выбирать между "Национальным Движением" и "Мечтой" - и это создает серьезный барьер для появления полноценной новой силы, равноудаленной от двух упомянутых партий.

 

Новый этап азербайджано-словацкого взаимодействия
Турция и Ирак делят водные ресурсы и логистику Ближнего Востока
Центр STEM собрал азербайджанских и грузинских экспертов для обсуждения стратегического партнерства между Баку и Тбилиси
По итогам визита Кэмерона: Новый этап взаимоотношений между Великобританией и Центральной Азией
Фактор армянского присутствия в западноевропейских политических кругах
Культурный геноцид: Попытки арменизации албанского монастыря Кельбаджара – Дадиванк /Хутаванк
Армянская дилемма России: от Конституционных поправок Путина до Товузских событий
Ведущий аналитик STEM украинскому изданию NV: F-16 может кардинальным образом увеличить боевые возможности украинской армии
Роберт Мобили о том, как на протяжении всей истории армянская григорянская церковь присваивала наследие Кавказской Албании
Армянский национализм трещит по швам перед азербайджанской мечтой в Карабахе

Следите за нами