Реформирование СБ ООН: между неизбежной необходимостью и геополитической реальностью

Совет Безопасности ООН – орган, сформировавшийся после окончания Второй Мировой войны.  Несмотря на качественную трансформацию мирового порядка с многополярного на биполярный, а потом с биполярного на однополярный, состав и системные функции СБ ООН осталась неизменной. Текущую же конфигурацию международных сил можно описать как кризис однополярного мира: США недостаточно сильна чтобы управлять всем миром и недостаточно слаба чтобы уступить свое место другой державе; другие страны недостаточно сильны чтобы игнорировать позицию США, но и недостаточно слабы чтобы Вашингтон мог им беспрекословно приказывать. Таким образом СБ ООН не отражает современную конфигурацию сил в международных отношениях и его реформирование как никогда актуальна.

Качественная дисфункция

Согласно уставу ООН сформирована 1. для поддержания международного мира и безопасности; 2. для развития дружественных отношений между нациями на основе «уважения принципа равноправия и самоопределения народов»; 3. для осуществления международного сотрудничества в разрешении «международных проблем экономического, социального, культурного и гуманитарного характера; 4. а также для того чтобы быть центром «согласования действий наций в достижении этих общих целей».[1]

Однако, неспособность ООН предотвращать/разрешать всевозможные международные конфликты (например 30-летнюю оккупацию Азербайджанских территорий или Российско-Украинскую войну) и межгосударственные проблемы актуализировали вопрос реформирования Совета Безопасности ООН.

Проблема реформирования СБ ООН включает в себя три важных направления: расширение состава, преобразование методов работы структуры, в частности вопросы связанные с применением вето и голосованием, а также механизм претворение в жизнь решений принятых СБ ООН. Для обсуждения этих проблем Генеральная Ассамблея ООН в 1993 году учредила специальную Рабочую группу из более чем 100 стран включая всех пяти постоянных членов СБ ООН.[2]

Несмотря на тридцатилетнюю деятельность Рабочей группы призывы к реформированию Совета Безопасности все чаще звучат именно сейчас.

Неадекватное представительство

С какой бы стороны не посмотреть, текущий состав Совета Безопасности не оправдан и не адекватен. Если рассматривать постоянных членов СБ как «клуб» самых сильных держав, то стоит заметить, что современная Индия превосходит по своей военной силе Великобританию, а Южная Корея, Пакистан и Япония превосходят Францию.[3] Если применить экономическую призму, то самоочевидно, что экономика Германии превосходит экономику Франции, а экономика Японии превосходит экономику Великобритании.[4]

Состав СБ неоправдан и по демографическому/демократическому принципу: при мировом населении в 8 миллиардов человек постоянные члены СБ ООН представляют всего 2 миллиарда человек[5], остальные же 6 миллиардов не имеют постоянного голоса в центральном органе международного сообщества.

Неадекватное представительство прослеживается и по линиям Запад-Восток (три из пяти членов являются странами Запада) и Север-Юг (четыре из пяти членов представляют богатый Север и лишь Китай (и то отчасти может рассматриваться как страна Юга).

Если брать за основу цивилизационный аспект (по классификации С.Хантингтона) то в Совете Безопасности ООН представляются всего три из восьми цивилизаций: западная (США, Великобритания, Франция), православно-славянская (Россия) и конфуцианская (Китай).

Остальные же пять цивилизаций (исламская, буддийская, японская, латиноамериканская и африканская) не имеют постоянного представительства в СБ ООН.

Позиция Запада

Формально международная безопасность — это прерогатива и обязанность СБ ООН, но на практике именно США как мировой гегемон, пусть и с куда меньшим ресурсом чем раньше, сталкивается с основной долей критики за дисфункцию ООН. Это отчасти связана с тем, что Вашингтон помимо образа мирового полицейского применяет по отношению к себе и образ миссионера.

Официальный Вашингтон выступает за увеличение состава постоянных членов СБ ООН, но без права вето. По имеющимся данным США готовы рассмотреть включение в состав постоянных членов ООН до шести новых стран. Три из этих новых членов — это Германия, Япония и Индия. Другие три страны являются объектом бурных переговоров США со своими союзниками (Франции и Великобритании).[6]

Франция на официальном уровне тоже поддерживает идею реформирования СБ ООН. Примечательно, что Франция выступает за расширение не только постоянных, но и непостоянных членов ООН. Кандидатами на постоянное членство Франция видит Индию, Японию, Германию и Бразилию. Франция также выступает за большее представительство Африки в СБ ООН как в качестве постоянных, так и непостоянных членов. По части принятия решений Париж еще с 2013 года выступает за добровольный отказ от использования вето в случаях массовых злодеяний. Эта инициатива встретила серьезную поддержку среди членов ООН и уже в 2020 году 105 стран-членов ООН выступали за инициативу Франции.[7]

За расширение состава и реформирование СБ выступает также и Германия, которая еще с правления Ангелы Меркель говорит, что СБ (при нынешнем составе) все чаще «оказывается в тупиковой ситуации». Официальные представители Японии на уровне МИД не раз отмечали, что текущая система «не в полной мере отвечает целям Устава» ООН.[8]

Таким образом США, Франция, Германия (и отчасти Великобритания) выступают за предоставление постоянного членства Индии, Японии и Германии аргументируя это тем, что вышеупомянутые страны — это бесспорные центры силы, которые в силу необходимости и целесообразности должны быть представлены в СБ ООН.

Аргумент о целесообразности и необходимости realpolitik оспаривается Испанией, Южной Кореей, Мексикой, Канадой и Италией. Первые три аргументируют свою позицию тем, что применение логики realpolitik к расширению состава СБ противоречит принципам демократизации и равному представительству членов международного сообщества. Италия обосновывает свою позицию тем, что ООН создавалась как организация, которая должна была решать проблемы безопасности после Второй Мировой войны. Таким образом, включать в состав СБ Германию и Японию, которые проиграли во Второй Мировой является дискриминацией по отношению к другим проигравшим в войне странам. Канада в свою очередь выступает не за увеличение, а наоборот за сокращение состава СБ и замены некоторых текущих постоянных стран-членов региональными организациями.[9]

Позиция России и КНР

Россия, в отличие от многих стран часто отзывается о СБ ООН в положительном смысле. Почти во всех стратегически важных документах СБ рассматривается как основной и центральный орган для поддержания международной безопасности. Однако, осознавая серьезную критику в адрес ООН Россия также выступает за расширение состава Совета Безопасности. Суть Российского подхода состоит в том, что новые члены должны представлять развивающийся страны Азии, Африки и Латинской Америки.

Исходя из того, что три из пяти постоянных членов являются странами Запада, Москва открыто выступает против предоставления постоянного членства странам «Коллективного Запада».[10]

Подходы Китая и России весьма близки. Пекин также как и Москва не желает пополнять СБ ООН странами Запада. Основная разница в подходах, пожалуй, в том, что Москва не конкретизирует свою позицию и не называет те страны, которые могут получить постоянное членство и те страны членство которых однозначно не приемлемо. Для сравнения скажем, что Китай открыто выступает против членства Японии обосновывая свою позицию милитаристским прошлым Японии.[11]

Подход Анкары и Баку

В 2016 году президент Турции Р.Т.Эрдоган заключил, что «мир больше пяти» и судьбу 196 стран мира нельзя отдавать в руки пяти странам СБ ООН.[12] По мнению президента Эрдогана судьба человечества не может быть оставлена на милость горстке стран, победивших во Второй мировой войне. Трудно не согласится с логикой президента Турции: мир не единожды изменялся после Второй Мировой войны, победители нацизма впоследствии сами не раз поступали несправедливо по отношению к другим странам, в текущем составе СБ нет стран, представляющих Исламский мир. Таким образом, подход Турции по реформированию ООН включает в себя 1. сокращение полномочий СБ, при увеличении полномочий Генеральной Ассамблеи, 2. подотчетность СБ Генеральной Ассамблее, 3. отмену вето, равно как и института 5 членов и 4. формирование путем выбора Генеральной ассамблеей 20 стран-членов которые будут представлять ключевые регионы, цивилизации и сообщества мира.[13]

Баку в свою очередь выступает за предоставление места постоянного члена СБ ООН странам-председателям Движению Неприсоединения, Организации Исламского Сотрудничества и Африканского Союза.[14] Поскольку место председателя этих организаций передается от одной страны к другой, в СБ ООН постоянно будет иметь адекватное представительство мирового сообщества.

Итог

Реформирование Совета Безопасности ООН является той необходимостью без которого невозможно нормальное функционирование международной системы. Однако, проведенный выше анализ дает ясное понимание того, что между основными игроками есть принципиальные отличия по ряду ключевых вопросов. Эти отличие касаются и состава организации и механизма принятия решения. Суть противоречий берет свои корни с геополитической конкуренции. Кандидаты Вашингтона в лице Индии и Японии это в первую очередь геополитические соперники КНР. Включив их в состав СБ Вашингтон желает создать дипломатический баланс растущему влиянию Китая в мире. Самоочевидно что инициативы коллективного Запада будет встречена сильной оппозицией со стороны Китая и России, а инициативы последних сильной оппозицией со стороны Запада. Обобщая все это можно прийти к такому выводы, что именно позиция официального Баку является медианным решением которая не вызывает ни у кого сильной неприязни и одновременно с этим является ключом к решению актуальной проблемы. 

 

 

[2] Н. И.-кызы Мустафаева* Совет Безопасности ООН как приоритет реформы ООН, Актуальные проблемы российского права. 2016. № 2 (63) февраль, стр. 206-214.

[9] [9] Н. И.-кызы Мустафаева* Совет Безопасности ООН как приоритет реформы ООН, Актуальные проблемы российского права. 2016. № 2 (63) февраль, стр. 206-214.

[11] Н. И.-кызы Мустафаева* Совет Безопасности ООН как приоритет реформы ООН, Актуальные проблемы российского права. 2016. № 2 (63) февраль, стр. 206-214.

Азербайджан и Словакия договариваются на перспективу
В центре STEM прошла встреча с аналитиками Польского института международных отношений PİSM
Гянджа, Гаджикабул, Габала: развитие регионов как прерогатива социально-экономической политики
Брюссельские мечты Никола Пашиняна и сложности региональной политики
«Грузинская мечта» и грузинская реальность
Культурный геноцид: Попытки арменизации албанского монастыря Кельбаджара – Дадиванк /Хутаванк
Армянская дилемма России: от Конституционных поправок Путина до Товузских событий
Ведущий аналитик STEM украинскому изданию NV: F-16 может кардинальным образом увеличить боевые возможности украинской армии
Роберт Мобили о том, как на протяжении всей истории армянская григорянская церковь присваивала наследие Кавказской Албании
Армянский национализм трещит по швам перед азербайджанской мечтой в Карабахе

Следите за нами