Революция или переворот? Что думают аналитики из разных стран о событиях в Казахстане

Тысячи разъяренных протестующих вышли на улицы Казахстана на прошлой неделе - крупнейший кризис, потрясший страну за последние десятилетия. События показали, что они представляют собой серьезный вызов не только действующей власти, но и государственности Казахстана, в добавок дестабилизируют и без того нестабильный регион, в котором Россия, США и Китай борются за влияние. В пик эскалации конфликта президент Касым-Жомарт Токаев объявил, что берет на себя руководство Совбезом вместо первого президента и Елбасы (национального лидера) Нурсултана Назарбаева. Но хватит ли второму президенту ресурса для того, чтобы стать единственным центром власти и влияния - все еще большой вопрос. Хотя ситуация в стране стабилизировалась, однако все завершилось введением в крупные города Казахстана миротворческого контингента ОДКБ. Президент Токаев в понедельник назвал массовые беспорядки "террористической атакой", спланированной и осуществленной извне, и сказал, что в беспорядках участвовали иностранные боевики, в том числе из Афганистана и с Ближнего Востока, но ему пока не очень верят. МВД сообщает о восьми тысячах задержанных. Тем временем, старая столица Казахстана, Алматы, постепенно оправляется после разгрома. 

Центр STEM узнал мнения аналитиков из разных стран, о произошедших событиях в Казахстане в эти дни, которые чуть не ввергли страну в полномасштабную гражданскую войну.    

Айдын Сезер, политолог (Турция): 

К сожалению, в турецких СМИ при освещении событий в Центральной Азии или в России чаще всего преобладают эмоции, нежели полное знания реалий региона. Я думаю, что причины столкновений в Казахстане связаны с внутри-политическими трендами, что придало протестам иной характер и события начали развиваться в неожиданном для всех негативном русле.
Но надо сказать, что триггером крупнейших протестов стало недовольство обедневших слоев населения. Люди недовольны экономическими преобразованиями и неравномерным распределением государственных доходов. К тому же, заменивший Назарбаева на посту президента три года назад Токаев, не смог повысить свой политический вес на фоне влияния Елбасы.  Как мне кажется, столкновения были связаны  внутриклановыми разборками и кризисом госудраственных органов.

- Пока рано судить, кто бы мог выступить внешнеполитическим бенефициаром этих событий - Россия или Запад в лице соросовцев. Отношение Назарбаева к событиям в будущем даст полную ясность произошедшему. Однако, думаю,  Назарбаев окончательно покинет власть.

Что касается отношения Союза тюркских государств к происходящим, то эта во многом политическая организация, целью которой является сотрудничество между тюркскими государствами  в разных сферах. Она не имеет военного значения.  Поэтому в любом случае Казахстан не смог бы запросить военной помощи у этой организации. Очевидно, что обращение Казахстана к ОДКБ имеет логический смысл - в Казахстане находится космодром Байконур и российская атомная станция. К тому же нельзя забывать о двухмиллионом русском населении страны.

Николай Замикула, эксперт Национального института стратегических исследований Украины, политолог. 

В основе протестов в Казахстане лежат социально-экономические причины – недовольство населения собственным уровнем жизни и доходов, вероятно обострившееся на фоне пандемии и наблюдаемого разрыва в благосостоянии между простыми людьми и правящей верхушкой. В условиях консервации политической системы и отсутствия видимых перспектив к улучшению ситуации это способствовало росту протестных настроений.

По моему мнению, политическая составляющая протеста выступает именно производной от социально-экономических факторов – то есть люди перешли к лозунгам отстранения Нурсултана Назарбаева и перезагрузки власти из-за того, что считали нынешнюю систему неэффективной, а не из-за идеалистического стремления к абстрактным ценностям западной модели.

Непосредственный повод для протестов – повышение цены на сжиженный газ – подтверждает тезис о приоритете экономического фактора (как и первоочередные требования протестующих). Стоит отдельно подчеркнуть, что сравнительная дешевизна данного ресурса в Казахстане по сравнению с другими странами – даже после повышения цены – не должна восприниматься как аргумент в пользу отсутствия реальных предпосылок для протеста.

- Ситуацию нужно рассматривать с точки зрения простых казахов, принимая во внимание комплекс факторов (разрыв в доходах, соответствие тяжести работы получаемой зарплате, наличие возможностей для реализации получаемых доходов, соответствие дохода ожидаемому уровню жизни – исходя из ресурсного богатства государства). 

Начало протестов, вероятно, имело стихийный характер. В то же время дальнейший ход событий – устранение от рычагов руководства государством Назарбаева и его окружения – позволяет строить различные предположения о происходящем. Среди предлагаемых версий:

  1. Неудавшаяся попытка умиротворения протеста за счет уступок требованиям улицы.
  2. «Внутренний переворот» в Казахстане, совершенный действующим президентом Касим-Жомартом Токаевым, который мог воспользоваться возможностью для «выхода из тени» Назарбаева и концентрации власти в своих руках.

Токаев считался верным ставленником Назарбаева, получившим формальную власть в стране из рук последнего в рамках сложной схемы, позволявшей Назарбаеву де факто контролировать Казахстан. Однако за прошедшие годы у него могли сформироваться и собственный амбиции. Также есть вероятность, что к действиям его могли подтолкнуть внешние силы.

Впрочем, после этого ситуация в Казахстане только обострилась. Протесты все больше приобретали характер беспорядков, особенно – на юге страны, в Алматы. Переход от мирных выступлений к захватам отдельных административных объектов и распространение случаев мародерства могут объясняться и естественными причинами (радикализация протестов, попытки маргинальных и бандитских элементом обогатиться на фоне внутренней нестабильности в государстве). Однако крайне подозрительно выглядит полный паралич казахского силового блока и правоохранительных органов, которые, по сути, самоустранились от выполнения своих обязанностей в крупнейшем городе страны. Это особенно заметно, если сравнивать их действия 5 января и в последующие дни – когда они приступили к жесткому подавлению беспорядков.

Складывается ощущение, что силовики в определенный момент были парализованы и не были готовы выполнять свои обязанности по поддержанию порядка. Возможно, причиной была концентрация контроля за силовым блоком в руках непосредственного окружения Назарбаева, и отсутствие в его рядах верных Токаеву людей. В таком случае осуществленные последним кадровые перестановки действительно могли парализовать его работу. В то же время нельзя исключать вариант, что все обострение ситуации в Алматы было искусственно организовано высшими силовиками, недовольными устранением Назарбаева от власти. Они могли приложить руку к организации беспорядков (прикрываясь стихийными мирными протестами как ширмой) для противодействия попыткам Токаева упрочить свои позиции в качестве единоличного лидера Казахстана.

Обращение Токаева за помощью к партнерам по ОДКБ в таких условиях может свидетельствовать об отсутствии в его руках контроля за ситуацией внутри страны.

Возможно, речь не шла об открытом неповиновении его приказам со стороны силовиков – однако они могли занять выжидательную позицию. В этом случае высказанная Москвой Токаеву поддержка (общеизвестно, что ОДКБ – лишь ширма для реализации российской политики) в формате отправки в Казахстан военного контингента организации должна была повлиять на их позицию, показав им, на кого Кремль делает ставку в данном случае. Действительно, уже 6 января казахские силовики приступили к активной работе по подавлению протестов, выполняя распоряжения президента Казахстана.

Однако, остается возможность проведение Россией специальной гибридной операции по дестабилизации Казахстана с целью усиления своих позиций в этом государстве. Токаева в данном случае могли использовать «в темную» – либо же заранее принудить его к действиям в интересах Кремля. Ведь по сути приглашение иностранных интервентов – действие, выгодное исключительно России, и явно не соответствует национальным интересам Казахстана. Выдвинутые для обоснования «миротворческой» операции аргументы выглядят крайне сомнительно.

Попытки представить беспорядки как имеющие внешнее происхождение (и тем самым представить Казахстан жертвой агрессии неких «внешних сил» и «террористов») не выдерживают критики. Они игнорируют объективно имеющиеся социально-экономические причины начала протестов (и явно не соответствуют действиям самого Токаева, который на первых порах приступил к переформатированию власти в Казахстане, отправив в отставку правительство и ограничив влияние Назарбаева).

Также совершенно не понятно – о каких внешних силах, которые якобы стоят за беспорядками, идет речь (Токаев четко не обозначил – кто же, по его мнению, представляет такую угрозу безопасности государства, что для ее устранения пришлось звать иностранных военных).

Попытки российских экспертов представить события как организованную Западом «цветную революцию» не выдерживают критики. Западу совершенно не выгодно дестабилизировать Казахстан в условиях, когда США вкладывают значительные инвестиции в местную экономику, а казахские власти, проводя в целом исключительно дружескую по отношению к РФ внешнюю политику, пытались в той или иной мере придерживаться принципов многовекторности.

Оценивая ситуацию с практической точки зрения, следует признать, что у Запада нет ресурсов и возможностей, чтобы проводить подобные операции в Центральной Азии – регионе, зажатом между РФ и КНР, вдали от евроатлантического пространства.

По моему мнению, события в Афганистане также вероятно могли сформировать своеобразную «аллергию» на центральноазиатские дела у части западной политической элиты. Таким образом, обвинения в сторону Запада – скорее обычная российская пропагандистская риторика.

В то же время она может иметь целью скрыть непосредственно российский след в событиях. Если кому-то из внешних сил и выгодна дестабилизация Казахстана сегодня – то именно РФ. Москва становится единственным бенефициаром от ввода так называемого «миротворческого» контингента в Казахстан под флагом ОДКБ (де факто – речь идет о российских силах; все остальные участники там – исключительно для создания картинки многонациональности операции). Интересы России в данном случае состоят в том, чтобы лишить Казахстан самостоятельности, превратив его в послушную марионетку (возможно – с прицелом на дальнейшее поглощение в рамках процессов возрождения российской имперской модели на постсоветском пространстве). Таким образом Россия за счет последних событий:

 

 

 

  1. Ставит казахскую власть (Токаева) в подчиненное положение, лишая ее того пространства для маневров, которое пытался использовать Назарбаев (основываясь на своём личном авторитете и весе в политических делах);
  2. Получает дополнительные возможности для противодействия национальноориентированной внутренней политике казахских властей, которая в дальней перспективе угрожала окончательно оторвать Казахстан от России в цивилизационно-идентичностном плане;
  3. Открывает возможности для дальнейшей территориальной экспансии (в первую очередь – относительно регионов Северного Казахстана, которые воспринимаются российскими имперцами как часть российской территории).
  4. Дает сигнал другим игрокам (не только Западу, но и КНР) относительно своих неизменных претензий на лидерство в Центральной Азии;
  5. «На взлете» осложняет реализацию процессов тюркской интеграции, лишая один из столпов Тюркского Мира (Казахстан) самостоятельности и таким образом противодействуя геополитическим амбициям Турции относительно его консолидации в качестве независимого игрока;
  6. Получает возможность для своеобразной «рекламы» миротворческих инициатив под флагом ОДКБ, которая будет использована для формирования имиджа организации, и возможного навязывания подобных форматов как средства разрешения конфликтов, в которых РФ имеет свои интересы.

 

 

 

Значение российской интервенции в Казахстан не соотносится с заявленным количественным составом отправленного контингента – оно явно выше. В то время, как внимание мирового сообщества было приковано к угрозе расширения российской агрессии против Украины, Кремль существенно усилил свои позиции в Центральной Азии – то ли организовав, то ли воспользовавшись ситуацией и «прижав к ногтю» ключевого регионального игрока.

Это очень важный этап в деле «собирания земель» и обеспечения российского доминирования на территориях, ранее находившихся под контролем Москвы. Не менее важный, чем агрессия против Украины в 2014 году. Соответственно, он должен получить надлежащую реакцию и оценку от международного сообщества (как бы ни пытались его «легитимизироать» за счет отсылок к обращению Токаева), а также приниматься во внимание другими бывшими советскими республиками, которые могут стать потенциально следующей жертвой российской экспансии.


Антон Бредихин, российский политолог, кандидат исторических наук, научный руководитель АНО социально-экономического и политического консалтинга "Центр этнических и международных исследований":

Все маски срываются очень быстро. Мы видим, что всё это одно целое, один единый антигосударственный фронт. Поэтому, миротворцы уже сейчас показали свою эффективность и мы видим  все государственные учреждения находится под контролем властей Казахстана, освобождены от террористов. Думаю, миротворческая акция будет не на неделю, я уверен, что она будет иметь более продолжительный характер, потому как латентные вспышки и проявления террористической опасности будут иметь место и дальше. Межэлитный конфликт в Казахстане будет продолжен и внешние акторы воспользуются этим. Мы видим ситуацию, что имеет факт прямого и иностранного вторжения на территорию Казахстана и в данной ситуации Россия, как страна которая имеет наиболее продолжительную границу с Казахстаном, сама напрямую зависит от стабильности в Казахстане.  

Граница Сибирью очень стратегический участок нашей территории и безусловно выход к сибирским нефтяным и прочим ресурсам, была одна из задач данной революции. Революция вполне может перекинуться на территорию Российской Федерации.  Поэтому я уверен, что операция будет иметь характер продолжительный и успешный.

Важно то, что миротворцы не вступают в какие либо военные столкновения жителями Казахстана.  К сожалению, и в США и в Европе все больше и больше СМИ пишут о якобы имеющих место перестрелках между миротворцами и представителями так называемый оппозиции, террористами. Войну против террористов ведут сами казахи  и в этом и есть суть миротворческой миссии - обеспечить надежный тыл и суверенность государственных органов властей Казахстана. 

Очень важно отметить, что приграничные Оренбургской, Челябинской области также находятся в зоне возможного действия террористов с территорий Казахстана, поэтому несомненно необходимо усиление деятельности органов правопорядка на территории российских приграничных регионов...

Многие "буйные головы" начали заявлять о необходимости вхождения Казахстана в Союзное государство России и Беларуси. Точно такие же заявления были о необходимости участия Армении в Союзном государстве. К сожалению, текущий формат Союзного государства, это отнюдь не то, что стоит предлагать казахам. 

Я, оценивая более чем 20-летний опыт работы данного интеграционного проекта, считаю, что пока делать такие предложения рано.

Вместе с тем, я уверен, что в дальнейшем очень много внешних акторов - Китай, который озвучил уже свои предложения о необходимости обеспечении безопасности в регионе, Шанхайская организация сотрудничества, которая готова предоставить информацию для казахстанских коллег по деятельности террористов, Союз Тюркских Государств -  все эти организации намерены улучшать мир и ситуацию Казахстане, но я считаю, что воинским контингентом стран ОДКБ там стоит ограничится, чем меньше международные акторы посылают свои войска, тем стабильнее будет ситуация в регионе.

Вахтанг Маисая, грузинский политолог:

Протестные настроения в казахском обществе связаны с низкой  экономической развитостью бедных слоев населения. При этом я считаю, что Казахстан имеет большую основу плюрализма демократических устоев, нежели другие страны Средней Азии.

"К сожалению Токаев единственная политическая фигура, который может спасти ситуацию. Как не парадоксально, в Казахстане нет видных политических фигур. Елбасы был единственной политической фигурой и в этом плане в стране наблюдается кадровый кризис. Токаев обладает умеренными политическими взглядами, он достаочно рациональный и умный политик. Я бы его сравнивал в этом плане с Ильхамом Алиевым. У них общие подходы по наиболее важным вопросам государственной системы и они лучше всех понимают важность реформ"- рассказал Маисая.

Эксперт уверен, что среди казахстанских бунтовщиков могли находится и джихадистские группы, связанные с террористическими организациями из  Ближнего Востока, которые имеют сильные позиции в Казахстане.

Он также отметил, что региональные игроки будут стараться содействовать урегулированию кризиса в Казахстане, так как долговременный конфликт не в интересах стран региона.

"Все страны, которые имеют влияние в регионе, даже  Афганистанн во главе с Талибаном признают власть Токаева и абсолютно солидарны с ним. Такой же подход демонстрируют и Западные страны.  Ситуация в Казахстане показало, что общественно -политический строй в стране больше был декоративным, не учитывались настрои в обществе и в какой-то момент  получился всплеск  этого напряжения, накопившегося за последние 30 лет. Думаю, все региональные игроки заинтересованы, чтобы ситуация в Казахстане стабилизировалась и горячая фаза сошла на нет, в ином случае это отразится на всех странах региона, и кризис может охватить Туркмению, Узбекистан" - указал Маисая.  Эксперт уверен, что ситуация в Казахстане результат внутриклановых разборок.

"Если бы Назарбаев и дальше оставался во власти, то ситуация полностью вышла бы из под контроля. Токаев точно оценил ситацию. Протесты в Казахстане- результат внутриклановых разборок, что привело военно-политическому кризису. Кремль воспользовался этой ситуацией, после чего миротворческий контингент вошел в Казахстан, в момент когда протесты чуть ли не превратились в гражданскую войну", - заметил эксперт.

Маисая также коснулся о будущих грузино-казахстанских отношений. "Отношения между странами останутся прежними, кто бы ни возглавлял Казахстан. Казахстан является одним из главных прямых внешних инвесторов в Грузии.  Транзитный путь для поставок казахстанских энергоресурсов на Запад пролегает через Грузию. Поэтому Тбилиси заинтересован в стабильности в Казахстане",- заявил Вахтанг Маисая. 

Перевозки из Азии в Европу: каковы возможности и перспективы у маршрута через Каспийское море?
Азербайджан как главный союзник Казахстана в новом геополитическом измерении
Интернет как орудие воздействия на театр военных действий
О ситуации в Гагаузии и Приднестровье и их влияние на Республику Молдова в целом
Референдум по поправкам в конституцию Казахстана как ознаменование конца эпохи Назарбаева
Культурный геноцид: Попытки арменизации албанского монастыря Кельбаджара – Дадиванк /Хутаванк
Армянская дилемма России: от Конституционных поправок Путина до Товузских событий
Армянский национализм трещит по швам перед азербайджанской мечтой в Карабахе
Роберт Мобили о том, как на протяжении всей истории армянская григорянская церковь присваивала наследие Кавказской Албании
Истоки карабахского конфликта: Как большевики на землях Азербайджана искусственно создавали автономию для армян

Следите за нами