Итог визита министра иностранных дел Армении Арарата Мирзояна в Вашингтон зафиксировали сдвиг в подходах к урегулированию постконфликтной реальности на Южном Кавказе: Армения поняла, что убежать от маршрута Трампа не получится. Речь идёт не просто о поддержке политических деклараций, а о запуске институционально оформленного проекта TRIPP, который из идеи региональной связности превращается в долгосрочный механизм экономического, управленческого и геополитического влияния.
Основой проекта стала Совместная декларация, подписанная Арменией и Азербайджаном в Вашингтоне в прошлом году, открывшая путь к разблокированию внутригосударственных, двусторонних и международных транспортных коммуникаций. Разработанная в её развитие рамка реализации TRIPP переводит эти договорённости в практическую плоскость, формируя модель беспрепятственного мультимодального транзита на территории Армении при формальном сохранении принципов суверенитета, территориальной целостности и национальной юрисдикции. В этом заключается ключевая политическая новизна проекта: он предлагает не коридор в классическом смысле, а управляемую систему взаимозависимости, встроенную в государственные рамки.
С практической точки зрения TRIPP решает задачу соединения основной части Азербайджана с Нахчыванской Автономной Республикой и одновременно формирует критическое звено Транскаспийского торгового маршрута. Однако его значение выходит далеко за рамки азербайджано-армянской логистики. Проект выгоден и для Армении: новые возможности внутригосударственной и международной связности, снижает её транспортную изоляцию и встраивает страну в евразийские торговые цепочки на новых условиях, которые ранее были невозможны.
Для Соединённых Штатов TRIPP является инструментом продвижения модели «мира через процветание», в которой экономическая интеграция используется как средство укрепления своих интересов на Южном Кавказе. Вашингтон рассматривает проект как способ закрепить результаты политических договорённостей, открыть новые рынки для американского бизнеса, обеспечить устойчивость цепочек поставок и доступ к сырью, критическим минералам и редкоземельным металлам Транскаспийского региона. Дополнительным фактором становится расширение альтернативных маршрутов между Европой и Азией, менее уязвимых к геополитическим потрясениям.
Для Армении участие в TRIPP начинает приобретать стратегическое значение. Помимо этого, социально-экономический эффект предполагает создание рабочих мест, развитие совместных предприятий, трансфер технологий и повышение квалификации рабочей силы с последующим реинвестированием в регион.
Ключевым итогом визита Мирзояна стало согласие сторон на учреждение TRIPP Development Company — специализированной структуры, которая станет операционным и финансовым ядром проекта. Армения намерена предоставить компании исключительное право на развитие TRIPP сроком на 49 лет с возможным продлением ещё на 50 лет. На первом этапе США получат 74-процентную долю участия, тогда как Армения сохранит 26%. В перспективе продления доля армянского государства должна увеличиться до 49%.
При этом корпоративная модель сопровождается жёсткими ограничениями: любые изменения в структуре акционеров или конечных бенефициаров возможны только с согласия правительств Армении и США. Управление ключевыми, чувствительными вопросами предполагается осуществлять через двусторонний американо-армянский Руководящий комитет, что фактически институционализирует межгосударственный контроль над проектом. Таким образом, TRIPP Development Company выстраивается как гибридная структура, сочетающая коммерческую логику с прямым политическим надзором. Это дает также гарантию на то, что Армения под давлением третьих лиц не будет устраивать провокации или действовать самовольно.
Компания получает эксклюзивный мандат на планирование, проектирование, строительство, эксплуатацию и обслуживание всей мультимодальной инфраструктуры в рамках маршрута. Речь идёт не только о железных и автомобильных дорогах, но и об энергетической инфраструктуре, цифровых сетях, включая волоконно-оптические линии, а также о сопутствующих объектах безопасности и управления. Финансовая модель предполагает право компании взимать инфраструктурные сборы, вести коммерческую деятельность вдоль маршрута, управлять недвижимостью, получать сервисные доходы и доли от специальных проектных структур.
В более широком геополитическом контексте TRIPP становится формой ограниченного совместного управления пространством, где экономическая эффективность служит инструментом политической стабилизации. Для США это способ долгосрочного присутствия на Южном Кавказе без прямого военно-политического вовлечения. Для Армении это прекрасный шанс показать приверженность общим интересам всех сторон к развитию логистики, а также постепенное налаживание отношений с Турцией – для Еревана это принципиально важно, ведь это ее выход на европейские рынки. Дальнейший успех зависит способности других ближрегиональных государств поддерживать устойчивую модель сотрудничества.
В конечном счёте TRIPP является началом новой концепции «инфраструктурного мира» в одном из самых чувствительных регионов постсоветского пространства. Его реализация будет иметь последствия, выходящие далеко за рамки транспортной логистики, определяя баланс сил, формы внешнего влияния и траекторию интеграции Южного Кавказа в глобальные экономические процессы.